Израильская общественность наблюдала с тревогой и замиранием сердца, когда Элия Коэн, Омер Шем-Тов и Омер Венкерт поднялись на сцену, подготовленную военным крылом террористической организации ХАМАС в рамках очередной «церемонии освобождения». Поступок заложника Омера Шем-Тов, который по приказу фотографа террористов поцеловал в лоб одного из них, вызвал бурную реакцию, особенно в арабских социальных сетях. Пользователь из Саудовской Аравии задал более критический вопрос: «Неужели ХАМАС заставил пленника сделать это, чтобы передать миру послание о хорошем отношении к заложникам и ослабить шок после освобождения трех заложников (которые вернулись в крайне истощенном состоянии), а также после убийства двух детей и их матери?»
В Газе активно распространяли изображения этого постановочного момента, пытаясь продемонстрировать «хорошее отношение» боевиков ХАМАС к заложникам. Высокопоставленный член политического бюро ХАМАСа, Сами Абу Захри, даже заявил агентству новостей «Шихаб», связанному с организацией: «Этот поцелуй израильского пленника в голову бойца аль-Касама — беспрецедентное событие в истории». Он добавил, что «этот незапланированный жест передает послание премьер-министру Нетаниягу и президенту Трампу, что их заявления о жестоком обращении с заложниками — это пропаганда и ложь».
Один пользователь из Йемена написал в соцсети X: «Сионистский пленник узнал, что такое истинный мир и человечность, и не смог удержаться от благодарности, поцеловав их в голову.» Другой арабский пользователь связал этот жест с исламом и написал: «Этот сионистский пленник столкнулся с истинным отношением ислама к пленникам и поцеловал героя аль-Касам после своего плена в Газе».
Какими бы не были мнения в соцсетях, ленивому понятно, что террористическая организация продолжает свои циничные издевательства над заложниками.На это отвратительное шоу, к месту освобождения трех заложников, в Нусейрате, боевики привезли двоих похищенных — Эвьятара Давида и Гая Гильбоа Даляля — им дали посмотреть, как освобождают их товарищей, записали их реакцию на видео, а затем цинично опубликовали кадры, превратив страдания людей в инструмент пропаганды.
Заложники Гай Далаль и Эвьятар Давид показаны в автомобиле террористов. Оба они время от времени проводят по лицу ладонями сверху вниз жестом характерным для мусульман. Террорист с замотанным лицом спрашивает искаженным голосом, обернувшись к заложникам: «Как вы себя сейчас чувствуете? Заложники отвечают, что нормально, потом говорят, глядя в камеру:
По окончании церемонии заложников увезли. Видео было передано их семьям. Те без колебаний дали согласие на его публикацию израильскими СМИ. «Я впервые увидел сына за 16 месяцев, его голос дает мне воздух для дыхания, — заявил Илан Далаль, отец Гая Далаля. — Умираю от желания обнять его».
Отец заложника назвал съемки ХАМАСа «актом беспрецедентного психологического насилия». По поводу его слов он заявил: «Несомненно, мой сын говорил то, что надиктовали ему террористы ХАМАСа. Нам важно не то, что он говорил, важен язык тела. Мы видим, что он относительно здоров, но его там унижают».Затем он обратился к сыну: «Мы с мамой видели тебя. Ты кажешься сильным. Продолжай быть сильным, не отчаивайся, даже если тебя отправят обратно в туннели, мы вернем тебя домой».
Указывая на толпу из сотен людей в Газе, которые были замечены «аплодирующими» во время церемонии ХАМАС по возвращению тел младенца Кфира и малыша Ариэля Бибаса на прошлой неделе, заместитель спецпредставителя США на Ближнем Востоке Морган Ортагус сказала:»У вас есть… общество, которое необходимо не только демилитаризовать, но и дерадикализовать», — заявила Ортагус в интервью Fox News, также отметив, что мирные жители Газы принимали участие в зверствах 7 октября, включая похищения.
«Если вы не поверили президенту Трампу несколько недель назад, посмотрите на изображение толпы, аплодирующей и ликующей, когда младенцев возвращают в гробах в Израиль без матерей», — говорит Ортагус.
Шаабан ас-Сайед, отец израильского бедуина-мусульманина Хишама, освобожденного из плена ХАМАС после 10 лет пыток, после встречи с сыном сказал:«Его состояние плохое. Он как будто не из нашего мира. Типа Тарзана. Он не общается. Раньше он разговаривал. Писал. Да, принимал неверные решения, но общался. Теперь мы получили растоптанного человека. Он пытается говорить, делиться, но не может. Говорит много непонятного. Шепчет, возможно, от страха. Он нас узнает. Удается услышать от него имена. Но иногда он путает имена и называет те, что были десять лет назад.
Я, как мусульманин, в ярости от ХАМАС».